Россия начиналась с деревень. Часть 3

Церковно-приходские (или церковные) летописи являются малоизученными историческими источниками второй половины XIX – начала XX века. До последнего времени происхождение летописей, как и многие другие источники церковного происхождения, для установления определенных фактов, событий, дат историками и краеведами практически не привлекались. Поэтому неизвестным на сегодня остается количество хранящихся в местных архивохранилищах церковных летописей и распределение их по регионам.

Церковно-приходские летописи как особую разновидность исторических источников первым начал исследовать советский и российский историк и краевед, академик РАО, председатель Союза краеведов России Сигурд Оттович Шмидт. Один из, к сожалению, немногих примеров использования подобного материала находим в публикации “О церкви в селе Шадрино” кандидата филологических наук Елены Леонидовны Демидовой в мае-июне 2012 года в “Опаринской сороке”, подготовленной с участием Василия Александровича Графова. Обратимся и мы к истории создания церковных летописей на Вологодчине, так как современный Опаринский район появился на территории Никольского уезда Вологодской губернии.

В церковно-приходских летописях Вологодской епархии встречаются ссылки на Указ Вологодской духовной консистории от 6 ноября 1876 года о заведении церковных летописей, в котором подробно расписывалось, какие сведения следовало заносить как в историческую, так и в современную “летопись текущих дел”. Однако это указание многими причтами не было услышано. После обозрения с 15 июля по 13 августа 1867 года около ста церквей и документов от 253 церквей епископ Вологодский и Устюжский Павел издал “Предложение Вологодской духовной консистории от 26 октября 1867 года №5995”, в котором, в частности, отмечалось: “Нигде не заведено церковных летописей”. В связи с этим Распоряжение епископа Павла было следующим: “Циркулярно предписать всем в Епархии Благочинным с объявлением всем причтам: при всякой церкви чтобы неотложно были заведены церковные летописи – на книгах или тетрадях – надлежащим образом скрепленных местными Благочинными, с возложением обязанности вести сии летописи на местных священников”.

Заглянем в одну такую приходскую летопись за 1905 год. “Одумается ли тяжко прегрешивший русский народ, оставит ли свою прежнюю безумную жизнь в наступившем году, дабы Милосердный Бог миловал его и даровал победу и одоление на Дальнем Востоке? Дико, безумно, нагло, дерзко и разнузданно ведет себя население даже в нашей глухой местности. Пожилой народ, благодаря своей темноте, необразованности, религиозной беспечности, бесправности, как пережитки всюду и везде прочно укоренившихся своеволий и правонарушений, потерял в конце влияние и всякую опеку над молодежью, в силу чего чем дальше становится не только год от году, но даже день ото дня гаже и гаже. Праздничное веселье у молодого народа без драк не обходится. Только и слышно: там того-то избили, в другом месте того-то изрезали. Особенно страшно оттого, что ныне не просто бьют во всяких свалках, драках и побоищах, но колют и режут людей часто даже трезвых, случайно попавших тут или вздумавших вразумить бесчиников, как на бойне скот. Медицинские записи больных в Никольской земской больнице вероятно много бы поведали миру о подвигах в уезде молодого поколения в праздничные дни”. Не напоминает ли вам эта запись криминальную хронику наших дней? А их отделяет ни много, ни мало – целый век!

Читайте также:  О церкви в селе Шадрино. Часть 1

Великий путь “встречь солнцу” для русских людей стал долгой и нелегкой дорогой, полной драматических событий и интересных открытий. Начали его торить выходцы из Ростово-Суздальских земель. Не все звенья этой длинной цепочки доподлинно известны нам, многое утеряно, забыто, погибло и ушло от нас навсегда. В отрывочных сведениях летописей, в упоминаниях о не дошедших до нас “дорожниках” – этих словесных географических атласах прошедших столетий – вот, пожалуй, и все письменные “следы” об историческом прошлом нашего народа.

Чтобы этих потерь было как можно меньше вышли в поход энтузиасты. Большую краеведческую работу по изучению родного края в Опаринском районе вели и ведут Зинаида Кузьминична Козлова в Маромице, Николай Павлович Бартев в Стрельской, Елена Васильевна Волынская из Опарино, опекающая родовое гнездо – Шабуры, Екатерина Дмитриевна Жолобова, до недавнего времени проживавшая в Моломе. Спасибо Юрию Михайловичу Холопову за интересные исследования по Альмежу, за краеведческие изыскания – Василию Александровичу Графову. По мере сил и возможностей я также добровольно вступил в отряд опаринских краеведов. Этот опыт нашел отражение в моем документальном повествоании “Даль памяти”, за что я должен сказать слова особой благодарности истинному журналисту Владимиру Борисовичу Лысову, человеку, влюбленному в людей и историю Опаринского района.

Уже сегодня можно было бы занести в анналы истории Опаринского района несколько обоснованных документами дат. Так достоверно, имеется в виду на сегодняшний день, установлено упоминание о Шабурских починках – 1780 год. Опарино и Латышский одного поля ягода – появились в связи с завершением строительства железной дороги Пермь-Вятка-Котлас в 1899 году. Деревня Шадринская, как и село Красное, уже географически прописана на карте 1800 года. Село Шадрино появилось как центр церковного прихода в связи с освящением Моломского храма во имя Михаила Архангела в 1886 году, а первый сельский сход здесь прошел в 1883 году. Чем не дата?! А вот поселок Заря имеет современную окраску, значит, ответ на вопрос о дате образования где-то рядом. Первое упоминание о Маромице относится к 1933 году, когда здесь был открыт мехлесопункт Опаринского лестранхоза. По этой же схеме появился поселок Вазюк. Вазюк – это в современном звучании, а подлинное имя реки, давшей имя поселку лесозаготовителей, – Вазюг. Юг – по-коми – река.

Недалеко от Вазюка станция Староверческая. Ее, как известно, можно датировать 1676 годом. Именно в этом году в вятские суземы была высланы старообрядцы – участники Соловецкого восстания, которое вошло в историю как “Соловецкое сидение” (1668-1676). 500 монахов-староверов, пострадавших в этих событиях, поминаются по старообрядческому синоднику. Прознав это, после реформы патриарха Никона бежали на Вятку в глухие таежные дебри старообрядцы из центра России, чтобы жить прежним укладом, креститься двумя перстами, вести богослужения по старым, дониконовским книгам. К концу XIX века в Вятской губернии проживало более ста тысяч старообрядцев, во многом повлиявших на развитие экономики и культуры региона. Староверческие общины и сегодня продолжают свою деятельность, их силами построены старообрядческие храмы в Омутнинске, поселке Кильмезь, деревне Микварово Кильмезского и деревне Кувакуши Афанасьевского района.

Николай Шкаредный.

Добавить комментарий

  1. Василий

    Во  2-й части  публикации сказано,  что  различные  источники  грешат  неточностями.  О  селе  Красное  говорится  в  2-х абзацах публикации  и  это  замечательно,  но  оно  начиналось  с  погоста  и  с  постройки  церкви    и  было  совсем  небольшим  вплоть  до  середины  30-х  годов. Даже  на  карте  Никольского  у. за  1903  г. http://rodmurmana.narod.ru/maps/Vologda_Nikolsk.htm   оно почему-то  не  обозначено,  хотя  обозначены  такие  населенные  пункты как  Езевская, Волманга,  Опарино  и  др.  В  подтверждение  этого  хочу  привести  выдержку  из  письма  из  Сыктывкара от  ныне  здравствующей В.Н. Сладковой (Следниковой):
    В моей памяти с. Красное – это очень небольшое селение с церковью в центре: совсем недалеко от церкви стоял наш дом. Справа от села очень близко начиналась д. “Пермяки”, а слева – “Лузяки”. Очень близко к селу протекала р. Молома.


    А  краеведам хочу  задать  вопрос: «Каким  путем  были  связаны ст. Опарино, которая  входила  в  Волмановскую  волость  с  центром  этой  волости  д. Вновь  Поставленной. Если  зайти  по  вышеупомянутой ссылке  и  внимательно  посмотреть  на  карту,  то  увидим,  что  никакой  дороги  в  сторону  Моломы,  точнее  в  сторону  Вятско-Орловского  тракта, на  котором  находилась  Вновь  Поставленная,  нет?» 

  2. валентина

    Только что узнала, что моя мать родилась в с. М. Хвойское Опаринского района 10 декабря 1924г. В списке деревень и сёл этого названия уже нет. Может, кто-нибудь знает об этой деревне, например, где она находилась. Фамилия мамы до замужества была Елькина, Елькина Нина Васильевна. Её родители были тоже Елькины, Елькин Василий Васильевич и Елькина Елизавета Васильевна. Позже они переехали в Великий Устюг.

  3. Автор

    Комментирую вопросы Василия. То, что на карте  Никольского уезда 1903 года не оказалось населенного пункта “село Красное”, нет ничего удивительного. Это, действительно, было небольшое поселение. Даже через десять лет – в 1913 году в Красном было всего 5 дворов (дома священнослужителей) – это 18 лиц мужского и 18 лиц женского пола. И название “село” в данном случае не означает, что это крупный населенный пункт. Оно означает – сельский приход Чемельской Иоанно-Богословской церкви, объядинявший 64 деревни и починка. Об этом я подробно писал в документальной повести “Даль памяти” в “Опаринской искре”. По В.И.Далю: “село – состоит из многих, раскинутых деревенек, приписанных к одному призходу”. И то, что Красное начиналось с погоста, то же врено, потому что погост (опять же по В.И.Далю) “погост – приход сельский; несколько деревень под общим управлением и одного прихода”. А указанные на карте деревни Езевская, Волманга были более заселенными. Опаино попал на карту, скорее всего, потому что, здесь начала действовать железнодорожная станция.
    Все правильно пишет в своем письме В.Н.Сладкова (Следникуова). Село Красное стало развиваться значительно позднее окружавших его деревень. д.Пермяки – Пермятская, находившаяся в 1 версте от Красного, согласно клировой ведомости 1916 года, имела 15 дворов, в деревне жило 57 мужчин и 68 женщин. “Слева – “Лузяки”. Эта деревня именовалась как Мало-Лузянская. В ней стояло 10 дворов и жил 71 человек. Она находилась в 2,5 верстах от Красного. Интересно другое. В 1916 году в Красном в Чемельской Иоанно-Богословской церкви служил диакон Николай Михайлович Следников. Он был последним свящеенослужителем в этом храме, который был закрыт в 30-е годы прошлого века. О нем я подробно писал в повести “Даль памяти”. Может быть, автор Василия из Сыктывкара – В.Н.Следникова имеет какое-то отношение к этому священнослужителю? Хотелось бы получить уточнение.
    Теперь о дороге от Опарино в Вновь Поставленную. Ответ дан в первой части “Далекое прошлое” в историческом очерке Н.А.Яхлакова “На водоразделе”, который был опубликован в “Опаринской искре” в 1987 году. Начало в №87(5637) – 21 июля. 
    Обращаюсь к Валентине. Во-первых, как понять название населенного пункта “в с.М.Хвойское”? Видимо, речь идет о деревне Хвойской бывшего Шадринского сельсовета. В Клировой ведомости Моломской Михаило-Архангельской церкви (храм села Шадрино) 1916 года в девревне Хвойская было 16 дворов и проживало 63 мужчины и 74 женщины. Деревня продолжала строиться. По переписли 17 декабря 1926 года в Хвойской уже 25 дворов 150 жителей. Вы ошибаетесь, Хвойская не исчезла. В списке деревень Даровского района есть деревня Хвойская (Хвойка). Мне довелось побывать в Хвойской в 2009 году. В деревне было 9 жилых домов, население 24 человека. Среди них семь школьников. Поэтому у Вас есть возможность в поисках родословной Вашей мамы обратиться непосредственно к жителям деревни Хвойская (теперь она входит в Даровской район Кировской области) или в администрацию Лузянского сельского поселения, эта деревня входит в это поселение. Глава поселения Марина Владимировна Ковалева. Адрес администрации Лузянского сельского поселения: 612142, Кировская область, Даровской район, село Красное, улица Труда, 2. М.В.Ковалевой. Если мне удастся что-то выяснить дополнительно, сообщу.

  4. Василий

    Случайно  открыл  эту  статью  и  прочел  коментарий. Ныне  здравствующая  Валентина Николаевна  Сладкова является  родной  дочерью священника  Николая  Михайловича  Следникова. Он  утонул,  спасая  тонущего  мальчика,  когда  Валентине было  несколько  
    месяцев. кроме  её  у  матушки  осталось  на  руках  еще 3  детей. О  гонениях,  претерпевших  этой  семьей,  она  со  мной  и  поделилась. Ежегодно  я  поздравляю  с  днем  рождения  эту  прекрасную  женщину,  ставшей  как  и  её  мать,  учительницей. Впрочем  вот  что  писал  Женихов В. А. в  своих  воспоминаниях:”… О благолепии, великолепии алтаря церкви Иоанна Богослова с. Красное  можете судить по этой фотографии 1927 года. Фотография запечатлела священников церкви. В центре отец Леонид Шергин. В 1929 году он был репрессирован НКВД. Забрали прямо с церковной службы, и погиб на строительстве северной железной дороги. <…> А супруга, мать семерых детей, была сослана в Сибирь. Слева от него — отец Николай Следников. Он в [19]28 году утонул, пытаясь спасти тонущего мальчика на Моломе здесь. Супруга испытала все гонения советской власти…”  

  5. Автор

    Василию. Спасибо за сообщение. О свяшеннослужителях Чемельской Иоанно-Богословской церкви села Красного (Леониде Шергине и других) я рассказал на страницах газеты “Опаринская искра” в 35 главе в моей документальной повести “Даль памяти”. В том числе и об отце Николае Следникове и о том, как он погиб в реке Моломе, спасяя малышей. Конечно, получить весть об отце от дочери вдвойне ценно. Хотел бы установить, если есть такая возможность, связь с Валентиной Николаевной. К вышесказанному могу добавить, что отец Николай в 1907 году закончил 4 класса Вологодской Духовной семинарии, с 17 ноября 1913 года приступил к службе диаконом Чемельской Иоанно-Богословской церки в Красном. Мне известно, что его жену звали Александра Михайловна, она 1889 года рождения, 27 июня 1913 года в семье Следниковых родился первенец – Михаил.  Если Вы располагаете данными, сообщите год рождения остальных детей Николая Михайловича и Александры Михайловны Следниковых, их имена, их дальнейшая судьба. Я располагаю материалами и краеведческими статьями красносельского краеведа Владимира Алексеевича Женихова. Но фотографии 1927 года, о которой Вы ведете рассказ, не видел. Где ее можно увидеть? Подробное описание красносельского храма и его убранство описаны мною в той же повести “Даль памяти” по документам и после нескольких личных посещений Чемельской церкви совместно с настоятелем опаринской Александро-Невской  церкви отцом Виктором, сейчас благочинным Северного округа Яраской и Лузской епархии. Надеюсь, Вы найдете время ответить на мои вопросы.