ОТКРЫВАЕМ ГРИНА – 6

«В великих случаях детской
жизни подобает быть человеку
серьезным и удивленным».
Александр Грин

По воспоминаниям Александра Грина, читать он научился очень рано и чтением очень увлекся. Из «Автобиографической повести» Грина: «Потому ли, что первая прочитанная мной еще пятилетним мальчиком, книга “Путешествия Гулливера в страну лилипутов” — детское издание Сытина с раскрашенными картинками, или стремление в далекие страны было врожденным, — но только я начал мечтать о жизни приключений с восьми лет. Я читал бессистемно, безудержно, запоем. В журналах того времени: “Детское чтение”, “Семья и школа”, “Семейный отдых” — я читал преимущественно рассказы о путешествиях, плаваниях и охоте».

На снимке: книга «Путешествия Гулливера»; Гулливер рядом с бюстом Джонатана Свифта. Фотомонтаж автора.

На снимке: книга «Путешествия Гулливера»; Гулливер рядом с бюстом Джонатана Свифта. Фотомонтаж автора.

После убитого на Кавказе денщиками подполковника Гриневского – дяди по отцу – в числе прочих отец Александра Степан Евсеевич привез три огромных ящика книг, главным образом на французском и польском языках, но было порядочно книг и на русском. Саша рылся в них по целым дням, ему никто не мешал. Поиски интересного чтения были для него своего рода путешествием. Он вспоминал, что «…у Дрэпера, откуда я выудил сведения по алхимическому движению средних веков», американский философ, врач, химик, пионер фотографирования, сделавший первый фотоснимок Луны, он учился мечтать, искать и находить. Джон Ульям Дрэпер фигурирует в этом списке не случайно. Гриневский-младший мечтал открыть “философский камень”, делать золото, натаскал в свой угол аптекарских пузырьков и что-то в них наливал, однако не кипятил. Видимо, опасался неожиданных эффектов. Он понимал, что любые опыты не безопасны. На этом его первые химические опыты закончились, потому что победила… тяга к книге.

«Пускай ребенок верит в сказку, – пишет поклонник творчества писателя-романтика Александра Грина Александр Ахремочкин, – как когда-то в старину, Засверкают в небе ало паруса на всю страну. В сказку детям нужно верить, и исполнится мечта, потому что сказка эта – называется судьба. Паруса сияют ало, как вечерняя заря. Входит в бухту с капитаном вся команда корабля. И слеза в глазах сверкала, как вечерняя звезда, И девчушка побежала прямо к борту корабля. Капитан спешит навстречу, и объятья ждут её. Я пришел к тебе, родная, шепчут губы горячо. «Я ждала» – она сказала, слезы капают из глаз. В предсказанья надо верить, сказка сбудется сейчас. А оркестр играл так нежно, что растаяли сердца. И из глаз людей стоящих побежала вдруг слеза. На руках несет Ассоль он прямо к борту корабля. Покоряйте океаны, все влюбленные сердц»а.

Там, в облаках, не будет нам тревоги,
Прекрасен мрамор их воздушных форм.
Прекрасен блеск, и сами мы, как боги,
Вдохнем благой нирваны хлороформ.

С детства Грин любил книги о мореплавателях и путешествиях. С восьми лет он начал напряженно думать о дальних странствиях. И эту жажду сохранил до самой смерти. Каждое путешествие, даже самое незначительное, вызывало у него глубокое волнение. Мечтал уйти в море матросом и, движимый этой мечтой, делал попытки убежать из дома. Это было вызвано и другим обстоятельством. Воспитание мальчика было непоследовательным – его то баловали, то строго наказывали, то бросали без присмотра. В 1889 году девятилетнего Сашу отдали в приготовительный класс Вятского земского Александровского реального училища. Степан Евсеевич, как старший в семье, все семейные вопросы решал по-мужски самостоятельно. С годами эта черта отцовского характера станет «точкой опоры» сына в его поисках своего места в жизни, в странствиях и путешествиях по России. А сейчас Степан Евсеевич объявил Анне Степановне, что их сын Александр должен и будет учиться в Александровском училище. А как же иначе: Александр и Александровское. Значит, так Богу угодно. Кстати, первым учителем будущего писателя-романтика Александра Гриневского – Грина был старший брат известных вятских художников Виктора и Аполлинария Васнецовых – Николай Михайлович Васнецов.

На снимке: здание Вятского земского Александровского реального училища. 7kholmov.ru

На снимке: здание Вятского земского Александровского реального училища. 7kholmov.ru

Это полукаменное двухэтажное здание, построенное по проекту губернского архитектора Николая Андреевича Андриевского, первоначально выполняло функции богадельни. В 1874 году здесь разместилось земское училище для распространения сельскохозяйственных и технических знаний и подготовки учителей. На переустройство здания земство вложило 100 тысяч рублей. Но решение вопроса затянулось, так как между Вятским земством и попечителем Казанского учебного округа П.Д. Шестаковым (кстати, именно П.Д. Шестаков назначил на должность инспектора народных училищ Симбирской губернии отца В.И. Ленина Илью Николаевича Ульянова, – Ш.Н.) возникли трения: каким быть реальному училищу, по какому уставу жить и по какой программе готовить воспитанников к работе и жизни? В тот самый год – 1880 – когда родился Александр Степанович Гриневский, Вятское земское училище было преобразовано в реальное. Состоялось торжественное его открытие. Во время церемонии помощник попечителя Казанского учебного округа сообщил, что Государь Император по ходатайству Вятского земства разрешил наименовать училищ Александровским. С этим название училище просуществовало до 1918 года. Вятское земство ежегодно выделяло Александровскому училищу 25 тысяч рублей

Читайте также:  524-й стрелковый полк

В октябре 1872 года состоялись первые вступительные экзамены, из 60 кандидатов были приняты на обучение 30 человек. По сословиям состав учащихся распределялся следующим образом: дети крестьян – 11, духовного звания – 13, мещан – 3, купцов – 3 Позднее дети крестьян и мещан составляли почти половину воспитанников, ещё треть – дети духовенства, то есть состав учащихся был самым демократичным. Воспитанники училища жили и учились по единым правилам, носили единую форму, которую завершала фуражка с эмблемой «РУ». В училище были фундаментальная и ученическая библиотеки. К 1892 году первая насчитывала 3920 томов, вторая – 1754. Эти книжные сокровища не остались без внимания будущего писателя. В «Автобиографической повести» Грин вспоминал: «Довольно большая библиотека Вятского земского реального училища, куда отдали меня девяти лет, была причиной моих плохих успехов». Здесь соученики впервые дали ему прозвище «Грин-блин». Это училище стало особой страницей в его биографии и, как кажется мне, наложило определенный отпечаток на его характер.

На снимке: форма воспитанника Вятского земского Александровского реального училища и классная тетрадь. Фотомонтаж автора.

На снимке: форма воспитанника Вятского земского Александровского реального училища и классная тетрадь. Фотомонтаж автора.

Позднее Грин несколько иронически написал том, что ему просто не везло, его шалости не выходили за пределы обычных детских проказ, но он всегда становился козлом отпущения. «Если за уроком я пускал бумажную галку – то или учитель замечал мой посыл, или тот ученик, возле которого упала моя галка, встав, услужливо докладывал: «Франц Германович, Гриневский бросается галками». Если я бежал, например, по коридору, то обязательно натыкался или на директора, или классного руководителя: опять кара. Если я играл во время урока в перышки (увлекательная игра, род карамбольного бильярда), мой партнер отделывался пустяком, а меня, как неисправимого рецидивиста, оставляли без обеда». Тройка по поведению грозным сигналом прозвучала для родителей, которым было сказано, что «если они не обратят должного внимания на дурное поведение своего сына и не примут со своей стороны меры для исправления его, он будет уволен из училища».

ОТКРЫВАЕМ  ГРИНА – 1
ОТКРЫВАЕМ  ГРИНА – 2
ОТКРЫВАЕМ  ГРИНА – 3
ОТКРЫВАЕМ ГРИНА – 4
ОТКРЫВАЕМ ГРИНА – 5

Николай Шкаредный, продолжение следует.

vote
Article Rating