Открываем Грина – 19

«Шепот на ухо может иногда
потрясти, как гром…».

Александр Грин

На этом можно было бы поставить точку. В 2010 году издательский Дом Коктебель – Феодосия – издал книгу первой жены Грина Веры Павловны Абрамовой – Гриневской – Калицкой «Моя жизнь с Александром Грином. Воспоминания. Письма». Некоторые эпизоды этого издания я раскрыл в предыдущих главах данного эссе. Так жил и так умер Грин. Все остальное – легенда. Возможно, следы ее остались в книге Алексея Варламова, потому что отделить легенду от вымысла иногда бывает очень сложно, хотя автор этой книги именно к тому стремился. Но история Грина – тот самый случай, когда недостаточно рассказать лишь о нем самом и промолчать о том, что ждало его жену и любимую его героиню, его Ассоль, ТавиТум, Дэзи, Молли, Джесси, его Недотрогу. И история эта будет по-своему не менее трагичной и несправедливой, чем история жизни самого Грина. Нина Николаевна осталась жить вдвоем с матерью в Старом Крыму в том самом саманном домике, где умер Грин, постепенно приходила в себя. Начались бесконечные хлопоты по изданию произведений Грина: письма, поездки, встречи, обращения.

Открываем Грина - 19

На снимке: Всероссийская научная конференция «А.С.Грин: Взгляд из XXI века» в Кирове, как продолжение книги Алексея Варламова.

Началась Великая Отечественная война. Фашисты и в Крыму не щадили ни детей, ни взрослых. В 1943 году Нине Николаевне удалось спасти от расстрела 12 заложников из Старого Крыма, а сама оказалась в Германии. Кончилась война, и вместо радости в её дом вошла беда. Её признали виновной в сотрудничестве с немецкими карательными органами и в измене Родине и осудили к 10 годам лишения свободы с поражением в правах на 5 лет и конфискацией имущества. Наказание она отбывала на Севере, в Печоре, где строили железнодорожную ветку. Первые месяцы её испытывали тяжелым трудом путейцев-строителей. Но в жилой зоне осужденных, как всегда, не хватало медицинских работников. С того времени Нина Николаевна работала в лагере медсестрой Она постоянно переписывалась с теми, кто не боялся ей писать. Там же, на Севере, она писала по вечерам мемуары-воспоминания об Александре Грине человеке и писателе (они, как я отметил выше, вышли отдельной книгой в 2010 году, – Н.Ш.) и давала читать книги мужа самым близким людям, с которыми связала её лагерная дружба.

Открываем Грина - 19

На снимке: такой была Нина Николаевна Грин до ссылки на Север. Так строилась железнодорожная ветка осужденными. Фотомонтаж автора.

17 сентября 1955 года постаревшая Ассоль вышла из заключения по амнистии. Вышла человеком, который мало походил на ту хорошенькую застенчивую женщину, какой её любил Грин и о которой незадолго до болезни писал: «Люблю её, как любят светлый глаз блеснувшего в окно темницы неба, как любят в жизни только раз, как голод ждет воды и хлеба». Но главная перемена произошла в её характере – она перестала бояться. В 1953 году Нину Николаевну перевели с Печоры в лагерь под Астраханью. «Туда отправляли доходяг или тех, с кем хотели свести счеты. Лагерь хуже печорского, да и климат другой: изнурительная влажная жара, летом градусов до тридцати пяти», – вспоминала другая узница этого лагеря Варвара Игнатьевна Бондаренко, хорошо знавшая Нину Николаевну.

Город спрятан в листьях свежих,
Тянет ветром грозовым.
Чем порадуешь приезжих,
Что расскажешь, Старый Крым?
Крылья южного заката
Над сплетеньями маслин.
Вот и дом, где жил когда-то
Добрый сказочник один.
Открывалась постепенно
Необычная страна,
Где о камни в клочьях пены
Разбивается волна.
Где горит над птичьим клином
Солнца чищенная медь.
Нужно быть, конечно, Грином,
Чтобы это разглядеть.

Владимир Куковякин.

Отсидев десять лет, Нина Николаевна сказала: «Бела, как лунь, лыса, как столетний кутила». Все тяготы жизни Нина Николаевна отодвигала теплыми воспоминаниями друзей Грина: «Внешне угрюмый, занятый своими мыслями Александр Степанович так хотел не потерять с Ниной ни минуты смеющегося счастья, что однажды питерской осенью, когда у него не хватило денег на подарок к её дню рождения, он продал свое пальто и в одном пиджачке принес домой коробку конфет и цветы». Когда Нина Николаевна вернулась из ссылки в Старый Крым, от их дома почти ничего не осталось, и она назвала его «курятником». Несмотря не прожитое и пережитое, она взялась за восстановление разрушенного советской властью хозяйства. Её воодушевляла и поддерживала мысль: здесь будет дом-музей Александра Грина. Вот как это воспринимает один из ценителей таланта Александра Грина Александр Юдахин:

Читайте также:  Три книги Феодосия Гавриловича. Книга вторая. Часть 4

В Старом Крыму, принужденном убежище Грина,
В мазанке жалкой, казенного вида кровать,
Шаткая тумбочка, во дворике вязкая глина
Галькой прибита. Да некому нынче гулять.
Дерево Грина давно отобрали соседи,
Люди, которые смотрят на нищий музей,
Как на причуду: «Наверно, ему на том свете
Лучше живется стараньем покойных друзей…».

Открываем Грина - 19

На снимке: дом-музей Грина в поселке Старый Крым.

Открываем Грина - 19

И вдруг радость! В 1960 году, к 80-летию Александра Грина, Нина Николаевна получила ордер и ключи от его домика Она ожила, прописалась и внесла квартплату. Благодаря её упорству и невероятной силе духа, домик сохранил свой облик и уникальное собрание мемориальных предметов, сопровождавших писателя долгие годы его творчества. Тяжёлые годы немецкой оккупации, а после освобождения и возврата в страну — ссылки, а затем гонений советскими властями — ничто не заставило её отказаться от мечты создать дом-музей Грина в Старом Крыму. Нина Николаевна открыла Музей Грина в Старом Крыму на общественных началах — в мае открылась мемориальная комната писателя, а 23 августа, в день восьмидесятилетия писателя, музей был торжественно открыт. Постановлением Министерства культуры Украинской ССР от 18.03.1964 года музей объявлен Филиалом краеведческого музея Феодосии. Здесь она провела последние десять лет своей жизни, с пенсией 21 рубль (авторские права больше не действовали). После кончины Н. Грин в 1970 году Музей А. С. Грина и его коллекция, по её завещанию, были переданы государству. 8 июля 1971 года произошло открытие экспозиции музея А. С. Грина как государственного музея.

Открываем Грина - 19

На снимке: музей Грина в Феодосии.

Из заключения Прокуратуры Автономной Республики Крым: «Из имеющихся в материалах дела фактических данных усматривается, что Грин Н.Н. в период Великой Отечественной войны не принимала участия в карательных акциях против мирного населения, не занималась предательством и не оказывала в этом пособничества. Таким образом, Грин Н.Н. не совершила действий, предусматривающих ответственность за измену Родине». Нина Николаевна скончалась в Киеве 27 октября 1970 году нереабилитированной. Согласно своему завещанию, она должна была быть похоронена рядом с Грином и своей матерью. Гроб перевезли в Старый Крым. Могила была вырыта метрах в пятидесяти от ограды Грина. У всех была одна мысль: «Перезахоронить!» Глухой ночью 23 октября 1971-го года, в день рождения Нины Николаевны, пятеро мужчин с саперными лопатами и женщина, стоявшая на «стреме», раскопали могилу, достали гроб перенесли его за ограду, к Грину, где соорудили нишу и заложили её камнями. Год спустя в КГБ попал дневник одного из участников этой операции. Их вызвали, пожурили, пригрозили, но тем все и кончилось. Вдова Александра Грина была реабилитирована только в 1997 году.

ОТКРЫВАЕМ  ГРИНА – 1
ОТКРЫВАЕМ  ГРИНА – 2
ОТКРЫВАЕМ  ГРИНА – 3
ОТКРЫВАЕМ ГРИНА – 4
ОТКРЫВАЕМ ГРИНА – 5
ОТКРЫВАЕМ ГРИНА – 6
ОТКРЫВАЕМ ГРИНА – 7
ОТКРЫВАЕМ ГРИНА – 8
ОТКРЫВАЕМ ГРИНА – 9
ОТКРЫВАЕМ ГРИНА – 10
ОТКРЫВАЕМ ГРИНА – 11
ОТКРЫВАЕМ ГРИНА – 12
ОТКРЫВАЕМ ГРИНА – 13
ОТКРЫВАЕМ ГРИНА – 14
ОТКРЫВАЕМ ГРИНА – 15
ОТКРЫВАЕМ ГРИНА – 16
Открываем Грина – 17
Открываем Грина – 18

Николай Шкаредный, продолжение следует.

vote
Article Rating