Отчим-отец  по имени Он. Окончание

Взгляд назад

В 1976 году, когда я закончила девятый класс, ездили мы все в Запорожье на свадьбу к моему двоюродному брату: дедушка, бабушка, мама, Дробышевский и я.

Тогда мама с Дробышевским и  съездили к его маме (Мартыновне) в г. Лозовая Харьковской области  (тем временем мы с дедом и бабушкой гостили в Запорожье).  Как прошла встреча? Мама мне только сказала, что Мартыновна (имени не запомнила,  к своему стыду, только фамилию – Чередниченко) поклонилась ей за своего Николая. Привезли оттуда много фотографий.

Отчим-отец  по имени Он. Окончание
1976 год Запорожье на свадьбе. Мама, Дробышевский, дедушка (за столом)
Отчим-отец  по имени Он. Окончание
Вторая слева стоит Мартыновна, мама Дробыщевского

Шли годы, я вышла замуж, родила сына. В 1982 году приезжала с Украины (г.Лозовая ) в Шабуры сестра Дробышевского Мария. Я тогда жила в Маромице своей семьёй. Приезжали  Дробышевский с сестрой к нам – помочь зарезать поросёнка (и заодно похвалиться, что есть у него дочь, зять и внук). Поскольку трудилась Мария на мясокомбинате, то разделала забитого поросёнка  быстро да ловко. А столько вкуснятины наготовила! Колбасы домашней, кровяной, ливерной, салтисон  (нашпиговывается промытый желудок разными ингридиентами:  салом, мясом от свиной головы, туда же  сердце, почки, лёгкие  – и под пресс на сутки). Смеялась Мария Феликсовна, что на Украине  ничего не пропадает, ни одна кишка.  С тех пор мужа моего Юрия приглашали люди резать поросят – научила его Мария!

Отчим-отец  по имени Он. Окончание
Мария – сестра Дробышевского

На Новый 1984 год по обыкновению приехали мы  в Шабуры (я была в положении).  3-го января  решили съездить  к моему деду  в Журавлёнки за  3 километра от  Шабур. Не успели толком повидаться, как у меня начались схватки. Пора приспела в Опарино ехать рожать. У Дробышевского слёзы ручьём текли по щетинистым щекам, так переживал за меня. Тогда я ему улыбнулась ободряюще, рукой помахала из машины (надо сказать, не часто  я радовала его своим вниманием), но какую-то внутреннюю связь с этим человеком всегда чувствовала, в любых ситуациях он был моим союзником.

Выехали  в Опарино  с заведующей Шабурской больницей  Бабкиной Валентиной Васильевной  –  боялись, что я рожу в дороге. Успели! В роддоме на свет появилась дочка.  На выписку приехали мама с Дробышевским, всего наготовили на стол. Дробышевский речь произнёс. Многое забылось, но навсегда запомнились слова: «Чтобы дом был – полная чаша!» Сейчас прослезилась, что не пожалела я должным образом этого человека, не приветила никогда словом…  А ведь так Дробышевский любил моих детей, родными внуками считал,  для них он – навек  родной дедушка!

Зимами  Дробышевский работал  кочегаром в мастерской. Она была на краю села у «казённого лога», недалеко от нашего дома. Как-то привезли к кочегарке сырые дрова, которые в котле никак не разжигались. Надумал  Дробышевский плеснуть в подтопок  бензина. Каким-то образом огонь «выпрыгнул» на пол,  и моментально всё вокруг загорелось. Котлы были под напряжением, и когда он понял, что одному  не потушить, побежал отключать рубильник (который был уже накалён). Потом чудом нащупал двери, всё кругом полыхало, выскочил на улицу весь в пламени – бросился в снег…

Сбежались люди, погасили пожар…  Лежал какое то время Дробышевский в больнице, сильно обгорели лицо и руки. На лице остались рубцы, а фаланги  пальцев  правой руки  стали кривыми. Они долго не заживали, гнили, и, наверное,  пришлось бы ампутировать пальцы, если бы он не применил народное средство – «чёртов палец». Наскребёт мама ножом с камня порошка – этим присыпал. Зажило всё, только пальцы остались кривыми, так как фаланги наполовину выгорели (сейчас почитала в интернете про «чёртов палец» – оказывается,  применяется  он в лечебных целях даже в официальной медицине.

Читайте также:  «Я на Слудке стою, и все думы о ней»
Отчим-отец  по имени Он. Окончание
Камень-минерал чертов палец

Проходили чередой годы. Примерно в 1992-м поехал Дробышевский  к матери в Лозовую на Новый год. Взяв северные подарки (сухие грибы, варенье земляничное, грузди). Прибыл в Москву, перекомпостировал билет на Харьков, пошёл покурить в ожидании поезда. Тут и подошёл к нему мужик, предложил сходить выпить за угол… Очнулся он на скамейке без денег, подарков, без куртки и шерстяных носков. Так и не доехал до матери,  вернулся в Шабуры по справке от милиции,  на босу ногу и в одном пиджаке…

И вот начало XXI века. Я овдовела, сын  отслужил в армии, женился. Время от времени я ездила в Шабуры, мама ко мне в Опарино приезжала, было ей за 75, стало тяжело справляться по дому. Ни тот, ни другой мне ничего не говорили, но я подозревала, что хотели бы они оба жить со мной в Опарино. Однажды приехал Дробышевский к нам  (мама несколько дней уж была у меня). Я работала тогда в РОНО. Прихожу на обед – полон стол еды, где стоит и водочка с селёдочкой. Догадалась я,  к какому разговору стол накрыт. Поругалась, сказала прямо: «Если будете жить у меня, никакой водки не потерплю». Со вторым рейсом  на автобусе уехали они в Шабуры, больше Дробышевского живым я не видала. Через несколько дней позвонила мама с почты, сказала, что погиб Дробышевский – сгорел.

Напишу про этот ужас:  Дробышевский ничком на полу с дырой в спине. Истлел пол под диваном,  на котором он лежал (но в какой то момент сполз на пол), а диван упал в подполье. Вся пластмасса в доме расплавилась (радиоприёмник, телевизор, часы). Как не загорелись  обои и тонкие сухие заборки – удивительно!  Накануне вечером послал Дробышевский  маму  в очередной раз найти  спиртное. Искать не стала, а пошла  да заночевала у Бабкиных Елизаветы Николаевны и Леонида. В  7 часов  утра  пришла домой, а оттуда  густой дым валит. Двери  захлопнула сразу, чтобы воздух не попал, закричала с крыльца:  «Помогите, пожар!» – сама намочила тряпку, замотала лицо и пошла в дом, закрыв за собой двери. Начала наощупь лить воду да снова набирать  из водопровода. Сбежался народ, залили всё, что тлело: стены, заборки, пол, потолок. Когда рассеялся дым, увидели Дробышевского с дырой в спине, а лежал он на животе. Официальное заключение милиции: пожар от непогашенной сигареты…

В тот день меня поразили мамины глаза: они выцвели. Вот таким страшным способом разрубила судьба «гордиев узел»: противоречия между мной и отчимом, моё нежелание взять своих обоих стариков на житьё к себе из-за пьянства Дробышевского, а они об этом мечтали…

Отчим-отец  по имени Он. Окончание
Моей мамы сёстры Нина, Мария, и мама с Дробышевским (он справа)

Похоронен Дробышевский в Шабурах на «Омелиной шляпе», лежит рядом с тропкой, люди,  проходя мимо, вспоминают его. Мне же он подарил свою душу – большую и чистую, а я даже не поблагодарила его за это. Надо было мне дать ему надежду на будущее…

Есть где-то у Дробышевского Николая Феликсовича сын – Дробышевский Александр Николаевич. Мама мне говаривала, что приходило от него письмо с просьбой разрешить  приехать в Шабуры, чтобы повидаться с отцом. Писал, что живёт в Днепропетровске, работает милиционером. Не ответили они на то письмо…

Но, увы, нет дорог
К невозвратному!
Никогда не взойдёт
Солнце с запада!

(Алексей Кольцов).

Отчим-отец  по имени Он. Начало

Елена Волынская, фото предоставлены автором.

Добавить комментарий