Злополучные метры

Я не знаю, как рассказать эту историю. Но промолчать тоже не могу.

Получив удостоверение вдовы участника Великой Отечественной войны, Серафима Степановна Бусова, 1930 года рождения, в ноябре 2012 года обратилась в администрацию Опаринского городского поселения с заявлением о постановке ее на учет в качестве нуждающейся в улучшении жилищных условий. Ей было отказано, и вот по каким основаниям. Дом в поселке Опарино по улице Волкова, 18 (угол с улицей Матросова) построен в 1995 году. На 15 февраля 2001 года износ составил 5%. Квартира площадью 72,8 кв. метра (что более учетной нормы, равной 9 квадратным метрам на члена семьи) находится в собственности.

Серафима Степановна Бусова

Живет Серафима Степановна одна. И метры, которые «более учетной нормы», ее совсем не радуют. Надеясь на получение субсидии из федерального бюджета, Серафима Степановна мечтала приобрести благоустроенное жилье в городе Котласе, где живет одна из ее дочерей.

Да, лет дому С. С. Бусовой вроде бы немного. Но построен он заезжей бригадой по принципу «тяп-ляп». Сквозь стены гуляет ветер, в подполье скапливается вода. Южная стена отошла и грозит вывалиться наружу. Неглубокий колодец зимой промерзает до дна, за водой приходится ходить к соседям, чем те очень недовольны. «Дров, чтобы отопить квартиру, на сезон нужно не менее 20 кубометров, – рассказывает Серафима Степановна. – Нынче получила частичную компенсацию за них, 7 тысяч. Но ведь самой мне не под силу их распилить, расколоть, убрать в сарай. Приходится нанимать. А это деньги, и немалые».

Мурашинский районный суд посчитал, что 82-летней С. С. Бусовой в постановке на учет для улучшения жилищных условий отказано справедливо. Решение об отказе оставил в силе и Кировский областной суд. Все формулировки подкреплены ссылками на законы, с которыми не поспоришь. Хотя в Законе «О ветеранах» (в ред. от 29.06 2009 №135-ФЗ, от 21.12.2009 №327-ФЗ, от 06.05.2010 №79-ФЗ) читаем: «Члены семей погибших (умерших) инвалидов Великой Отечественной войны и участников Великой Отечественной войны обеспечиваются жильем независимо от их имущественного положения». Правда, я не задумывалась, что есть это самое «имущественное положение». Размер пенсии, наличие жилья или его качество, льготы или все это вкупе? Потому что сказать хотела о другом.

Серафима Степановна – единственная в нашем районе, которой было отказано в постановке на учет в качестве нуждающейся в улучшении жилищных условий, а следовательно, и в получении миллиона на приобретение благоустроенного жилья. Все остальные вдовы и участники войны деньги получили. Но скажите честно, кто из них переехал в квартиру с теплым туалетом и центральным отоплением, с горячей и холодной водой, перебрался на постоянное жительство в город? Я знаю А. М. Филипповича, который переехал из поселка Латышский в Опарино, К. Д. Мигунову и Л. Г. Котельникову, которые в п. Опарино переехали из действительно ветхого жилья в благоустроенное. Может, конечно, есть и другие. Но в большинстве случаев в благоустроенных квартирах проживают дети и внуки бывших фронтовиков и их вдов. Или жилье сдается внаем. Видимо, справедливость в этом и заключается.

А ведь когда жилища стариков обследовались, ставился износ более 65%. И уж наверняка никто из них не ютился на 9 «квадратах». Но они и сейчас проживают в жилье, официально признанном непригодным для проживания, не боясь, что крыша упадет на голову.

Серафиму Степановну мне искренне жаль. Но можно ли ей помочь, когда пройдены все судебные инстанции – честно говоря, не знаю.