Запольский богатей, часть 1

Мы на некоторое время отходим от «эстонской» темы. В краеведческом музее хранится любопытный материал о шабурском предпринимателе (как сказали бы сейчас) Рудакове. Он памятен жителям села не только тем, что в бывшем его доме в деревне Заполье долгие годы размещалась школа. Чем же еще? Об этом написал в своих воспоминаниях Василий Евграфович Бабкин, уроженец деревни Слудка, ветеран партии и комсомола.

Дом И.М. Рудаков, где долгие годы располагалось школа

Дом И.М. Рудакова, где долгие годы размещалась школа

Поумирали современники его. Умерла память о нём. Никакого потомства не осталось. Исчез бесследно. Только самые старые люди, возможно, что-то помнят о Рудакове. А много ли таких стариков?

Заслуживает ли И.М. Рудаков того, чтобы вспоминали его? Да, заслуживает. Это же РЕДКОСТНЫЙ ТИП в нашей округе. Единственный был в своём роде. Широко его знали. И скажем откровенно, уважали. За что? За то, что из деревенского бедняка поднялся высоко, разбогател, ворочал делами на диво всей округе. Как не рассказать о нём. Ныне люди видят только его большой дом в Заполье, в котором много лет помещалась школа. О хозяине бывшем и речи не ведут. Умер давно, в 1911 г. (а возможно, и в 1910-м).  Умер не дома, а будучи в  поездке в Вятке. Оттуда привезли домой покойника, хоронили у Шабурской церкви в церковной ограде как богача и церковного старосту, «благодетеля церкви сей».

Откуда он появился?

Родом Иван Михайлович был из бедняцкой семьи в дер. Жаравенки. Там жили его два брата – Александр и Василий. О других не знаю.  Когда было в бедной мужицкой семье много парней, обычно искали счастливый случай, куда бы хоть одного паренька определить в «домовики» («приёмники» в те семьи, где не было своих парней, одни девки). В Заполье жил-был мужик Иван Петрович, у которого много девок и ни одного сына. Девки его славились всеми статьями по-деревенски. Вот запольский Иван Петрович и сосватал к себе в дом «приёмником», женил на одной дочери (Анне Ивановне) жаравенского парня И.М. Рудакова Дело в деревнях обычное. Между прочим, в Заполье, как ни в одной другой деревне в ту пору было много «домовиков» («приёмников» в семье). Например, братья Ордины – Семён и Григорий.

Надо сказать, Рудаков смолоду был очень предприимчивым мужиком, не мирился с бездельем в деревне, когда нет сельхозработ. Рассказывали про него такое. Зимами он развозил на саночках всякие мелкие товары по деревням, торговал, значит. Потом увлёкся промысловой охотой на пушного зверя. Уходил в леса надолго. Бил там белку, горностая, попадались и рысь, и росомаха,  и медведей убивал в берлоге. Удачливый охотник был.

Но и этого мало оказалось. Начал вести торговлю. Получалось неплохо. Крупным торговцем стал на всю округу, разные товары были. Начал обзаводиться кустарными, примитивными тогда, дёгтекуренными (из бересты) заводами. Скупал у мужиков заготовленную бересту. А на заводике у сплавной реки всю зиму батрачили пришлые умельцы дёгтекуры, они  изготавливали там же тару (бочки) для дёгтя. Любопытно: бочки эти имели деревянные (еловые) обручи. Много-много их набивали на одну бочку. С большим запасом прочности. Наполняли эти бочки дёгтем, а весной в Заполье спускали их на воду, скрепляли в специальных «оплобках» (срубах на воде) и сплавляли до Котельнича по Моломе. Там был сбыт. Конечно, выгодный для заводчика Рудакова.

Теперь можно сказать, что наличие в нашем крае дёгтекуренных заводиков у Рудакова играло прогрессивную роль: у мужиков появились заработки, заготовляли бересту для рудаковских заводиков. Так как Рудаков действовал вне конкуренции, о цене на бересту разговоров не велось. Куда было сбыть ее иначе, если не Рудакову? Со временем Рудаков стал заготовлять и ивовое корьё (для дубления кожи). На мельнице соорудили дробильный станок. Корьё превращалось в порошок. Его затаривали в рогожные кули и отправляли в Опарино. Без такого дуба кожи не выделаешь, в ту пору никаких химикалий ещё не знали.

Словом, мужики в нашей округе заимели возможность приработать между сельхозработами и весной и зимой. Мало-мало, а денежки им от Рудакова шли. Положим, он предпочитал обычно не платить деньгами, а предлагал товары свои. И тут выгода –  больше оборот торговый получался. Товары народу были нужны, а где их было взять, если не у Рудакова? Уже после смерти его появились крупные торговцы в Опарино. Да и у Рудакова в Опарино был свой большой магазин в собственном двухэтажном доме. После революции в Опарино в бывшем рудаковском доме много лет помещалась почта. Так и называли – «рудаковский дом».

Я сказал о мельнице Рудакова. Как сооружалась она? Построить мельницу на такой сравнительно большой реке, какой тогда была Молома (многоводная ещё), при самой примитивной технике, всё вручную (без грамма цемента) – нелёгкое дело. Чёрт-те сколько одного бутового камня свозили на мельницу – горы! Плотину крепили камнем. Все опоры – фундаменты на камне. Повторяю, без цемента. Без бетона. Дерево и камень, глина – вот строительный материал. Требовалось много-много рабочей силы. Оплатить её, даже по самой дешёвой расценке, не хватило бы никаких капиталов у Рудакова. Как же быть? Выход он нашёл простой и понятный мужикам.

«Мельница вам нужна?»
«Да как же мужику без мельницы обойтись?»
«Тогда помогайте мне её строить. Работайте. Плату не просите. Мельница у вас будет под боком, своя, новая, сильная»…

И работали мужики. Много работали. Мельницу построили. И скажем прямо, красивую, мощную мельницу! Работала хорошо. Никаких задержек у мужиков не было, когда они приезжали  зерно молоть. Выедет рано утром мужик с зерном, вечером вернётся с мукой. Радовались. А что даром поработали – это не в счёт. Главное, есть мельница под боком. Удобно.

Продолжение следует...

Из воспоминаний Василия Евграфовича Бабкина
Сохранена орфография автора.