Памятник прошлого века

На тихой станции сойду…

Это сейчас многие станции, появившиеся в ходе строительства железной дороги Котлас – Воркута, стали «тихими», замирающе-вымирающими, а отдельные эксплуатируются в виде разъездов, как, например, опаринское Нагибино, или навсегда закрыты.

Сейчас, как поется в песне: «На тихой станции сойду, трава по пояс»: ни станций, ни поселков, одна дурман-трава. А всего каких-то шестьдесят лет назад это были крупные обособленные поселения.

Наш состав медленно втянулся на станцию Чиньяворык. На публикуемом снимке вы видите уже современный железнодорожный вокзал станции Чиньяворык. Он копия вокзала на станции Котлас-Узел. Это говорит о том, что многие вокзалы строились по типовым проектам, это позволяло строить быстро, добротно и экономично. А мы почему-то сегодня, когда госбюджет похож на тришкин кафтан, даже небольшой детсад стараемся построить по индивидуальному проекту, как будто в государственном кармане деньги никогда не кончатся. Это, как говорится, информация к размышлению.

Памятник прошлого века

Но вернемся на нашу «тихую» станцию. Поселок расположен у одноименной реки (коми Чиммаворок), название которой с коми переводится как река, богатая семгой. Когда-то в бассейне реки Вымь было развито рыболовство. При артельном лове семги бочки с засоленной рыбой до продажи хранились на берегу в особых сараях-ригах. Так родилось береговое поселение, название которого переняла эта станция.

В годы начала строительства железной дороги это был натуральный Гулаговский уголок. И сегодня эта станция сохранила прежние «краски». В Чиньяворыке базируется учреждение М-222/7 Министерства юстиции РФ. Здесь в исправительно-трудовом лагере служил стрелком ВОХР (вооруженным охранником) и надзирателем будущий советский и американский писатель и журналист С.Д.Довлатов. Размышления от этой службы описаны им в книге «Зона».

Памятник прошлого века

Свою книгу Сергей Донатович начинает пояснением: «Имена, события, даты – все здесь подлинное. Выдумал я лишь те детали, которые несущественны. Поэтому всякое сходство между героями книги и живыми людьми является закономерным. А всякий художественный домысел — непредвиденным и случайным».

Замысел повести начал оформляться осенью 1962 года, во время службы Довлатова в поселке Чиньяворык, где он охранял лагерные бараки. В письме к отцу Сергей Донатович сообщает, что его спасают стихи. Именно в них впервые прозвучала тема сходства лагеря с вольной жизнью, впоследствии ставшей лейтмотивом «Зоны». Солженицын тоже пишет в «Архипелаге ГУЛАГ» о строительстве железной дороги от Котласа через Княжпогост на Воркуту. Довлатов рассматривает эту тему под другим углом зрения. «Солженицын, — поясняет Довлатов, — описывает политические лагеря. Я – уголовные. Солженицын был заключенным. Я — надзирателем. По Солженицыну, лагерь – это ад. Я думаю, что ад – это мы сами».

Повесть «Зона» не была принята советскими издателями, впервые она опубликована в 1982 году за рубежом. А в 2013 году Министерство образования и науки РФ включило эту повесть в список «100 книг», рекомендованных школьникам для самостоятельного чтения. Многое из написанного Довлатовым знакомо мне с детских лет, так как наша Харьяга была не «последним островком» Северного ГУЛАГА.

Где комендант от общества тайком
Оценку ставил в записи: трудяга.
Он только что вселился в новый дом
И был доволен – с ним росла Харьяга.
Крестьянский род трудолюбив и смел,
Таким прошел этапы и невзгоды.
Его не раз водили на расстрел
По приговору тройки: враг нарда.
А этим людям не было цены,
Как нет цены ни воздуху, ни хлебу.
Крестьянский род крепили пацаны,
Что родились здесь под открытым небом.
Они отсюда уходили в бой,
Дошли почти до самого Парижа.
Но так уж предначертано судьбой:
Социализм – погиб, крестьянин — выжил!

Казалось бы, как далеко мы уехали от моей родной Харьяги, а Тиманский кряж и здесь, на станции Чиньяворык, рядом с нами. В те годы отсюда шла разведка полезных ископаемых на Тимане, а сегодня от поселка в Верховья Тимана уходят грунтовая и железная дороги «РУСАЛа», ведущие до бокситового рудника. Железная дорога на бокситовый рудник протяженностью 176 километров пущена в эксплуатацию в 2002 году. Она одна из очень немногих железных дорог, открытых в России после 1991 года. Как и в те далекие годы, сегодня здесь «процветает» лагерная заготовка древесины и лесопереработка. Чиньяворык сегодня – это колония-поселение. Когда мы подъезжали в 1953 году, кто-то из пассажиров сообщил своим спутникам, что на этой железнодорожной станции живут ссыльные немцы. Это нас ничуть не удивило. У нас, в Харьяге, тоже жили ссыльные немцы Поволжья и Казахстана.

Памятник прошлого века

Жилья для ссыльных постоянно не хватало, потому прибывающих в Харьягу расселяли по принципу: в тесноте – не в обиде. В одной из комнат нашей двухкомнатной квартиры жила семья немки Фриды Визе. С ее сыном Адольфом мы были не только ровесники, но, как говорят: не разлей вода. Дружба и единение помогали ссыльным жить и трудится. Свидетельство тому переходящие Красные знамена победителей соревнования комбината Воркутауголь, которые остались в Харьяге на вечное хранение.

dom-haryga

Когда наш поезд остановился на станции Ропча, тот же проводник пояснил: в этом поселке главным образом живут ссыльные украинцы. Сегодня могу лишь предположить, что такая «национальная специализация» была одним из рабочих инструментов изощренной системы ГУЛАГа. И хотя на Украине в Черниговской области есть село Ропча, оно здесь ни причем — (смотри фото). Северная станция получила свое имя от реки Ропча, говорят, оно происходит от слова «роптать». Протяженность реки невелика — всего 85 км. На ее берега, как бусинки, были нанизаны деревни и лесные поселки. Сегодня почти все они исчезли с карты земли Коми, официально сняты с регистрационного учета.

Памятник прошлого века

Из хроники политических репрессий за 1934 год. Приказом начальника Ухтпечлага создана Княжпогостская транзитно-транспортная группа лагпунктов. Поскольку снабжение лагеря шло через Котлас и Усть-Вымь и затем по автодороге Усть-Вымь – Чибью, возникла необходимость упорядочить транспортную инфраструктуру. Для поддержания в рабочем состоянии автодороги строились три постоянных лагпункта – Чиньяворык, Ропча, Чернореченский. В Ропче находились 12-е лаготделение Усть-Вымьлага и лазарет соседнего Севжелдорлага. Здесь размещалась большая конебаза. Лошади были привезены сюда, как и заключенные, со всего Советского Союза. Особое внимание уделялось тяжеловесам, так как предстояла долгая тяжелая работа.

В декабре 1936 года заключенными была прорублена первая просека, а в апреле 1937 они начали строить земляную насыпь, в январе 1938 года проложили первые километры до станции Ропча. Впервые на карте Ропча появилась в 1938 году. С годами население поселка превысило 2 тысячи. Сейчас население Ропчи уменьшилось в три раза, и рабочая гулаговская станция стала «тихой», где только бурьян по пояс. Состав вздрогнул и поплыл сквозь утренний туман навстречу новому дню, осталась позади вместе с провожающими станция Ропча с ее радостями и тревогами.

А у кого их, этих радостей и тревог, нет?! Только у каждого они свои, как и у жителей станции Синдор. История ее рождения – калька станции Ропча. А вот название поселения имеет глубокие исторические корни. В писцовой книге 1608 г. упоминается озеро Сендерское. Впервые идею об угорском происхождении этого гидронима высказал И.Н.Смирнов. Топонимист В.И.Лыткин развил эту идею, раскрыл этимологию названия. По его предложению, начальная форма гидронима выглядела как Сенгтор и означала – туманное озеро, ср. манс. Сэнгка — туман и тур – озеро. Далее на коми почве по принципу народной этимологии слово «тор», «тур» перешло в дор – место возле, около чего-либо. Затем название конкретизировалось местным географическим термином ты – озеро. Первое селение Синдор зафиксировано в 1859 году при озере Синдорском, вторым по величине озером в Республике Коми. Так железнодорожная станция «Синдор» стала именоваться в переводе с коми «поселение у озера».

Как раз накануне нашего проезда через Синдор – 29 мая 1953 года — лагерное отделение №18 было преобразовано в учреждение АН-243/6, в которое вошли четыре лагпункта-колонии с дислокациями в поселках Синдор, Глубинка, Переломный и Нившера. В 1975 году Синдор отнесен к категории рабочих поселков. Поселки Заозерный, Иоссер, Симва, деревня Синдор, железнодорожные станции Белки и Таежный вошли в состав Синдорского поселкового Совета. Люди жили надеждой, что уж их-то станция никогда не попадет в список «тихих». Увы, попала! До свиданья, Синодор! – и в прямом и в переносном смысле.

Следующая железнодорожная станция имеет непосредственно дорожное имя – Тракт. С нами в вагоне ехала убеленная сединой женщина. На подъезде к станции она призналась, что по национальности немка, и поведала свою невеселую историю. Ее с детьми привезли сюда в начале войны. Определили на лесопункте в четырех километрах от станции. «Это были голодные военные годы, умирали от истощения заключенные, голодали и вольнонаемные. Основным занятием обитателей лагеря был лесоповал. Женщин не заставляли валить деловую древесину, а только швырки и рудстойку для воркутинских шахт. Швырки шли на топку паровозов, а грузовики, вывозившие древесину по лежневке, работали на газочурках.

В 1944 году на участке «Тракт» при станции открыли начальную школу. Кто-то из учеников нарисовал на память это здание. Я бережно храню рисунок школы из далекого 1949 года, — она положила его на столик (этот рисунок вы видите сегодня) и продолжала. — Первым директором школы была Нина Александровна Полякова. В 1948 году вступил в эксплуатацию первый участок Трактовской узкоколейной лесовозной железной дороги. Недавно наш поселок стал одним из немногих в Коми АССР «свободным» населенным пунктом. Я воспользовалась этой «свободой» и съездила к своим землякам в Воркуту. Еду от них. Рада, что практически все пережили это трудное время. Даже не думала, что доживу до этого счастливого дня. Слава Богу, дожила!» Она взяла с полки свой фанерный чемоданчик с округленными боками, обвитый своеобразными, как бочка, обручами, и направилась к выходу из вагона.

Памятник прошлого века

Сегодня Тракт, как подсказывают словари – большая проезжая дорога, — потерял свое значение и величие. Единственная его достопримечательность, как ни странно, — здание пожарной части, в зоне ответственности которой кроме 100 километров автодороги Сыктывкар – Ухта находятся восемь населенных пунктов. Может быть, я бы не обратил на это никакого внимания, если бы не проблема организации противопожарной охраны, открытия и обустройства пожарных частей в Опаринском районе и в Кировской области в целом.

У соседей, оказывается, есть чему поучиться. Первый шаг на долгом пути развития пожарного дела был сделан еще в 1813 году, когда Усть-Сысольская (теперь город Сыктывкар) городская дума объявила о найме одного трубочиста. В марте 1900 года вологодскому архитектору И.И.Павлову был заказан проект пожарного депо — каменного дома с каланчой. Для постройки здания был приглашен занимавшийся строительным делом крестьянин Благовещенской волости Николай Григорьевич Кононов, построивший храмы в коми селах Пожеге, Сторожевске, Койгородке, Часово, Вожкурье и других.

Прервем эту историческую цепочку и остановимся на главном -1 января 2005 года в Республике Коми образовано Главное управление МЧС России. Корреспондент газеты «Трибуна», побывавший в апреле прошлого года на станции Тракт, называет здание пожарной части архитектурной «изюминкой» и своеобразным культурным центром. Предоставим ему слово.

«Отделанные современными материалами кабинеты, бытовки, боксы, где стоят пожарные машины, наверное, многих посетителей части наводят на мысль о каком-то особом финансовом благополучии республиканской противопожарной службы. Одна роскошная комната приема пищи персонала чего стоит! Кухонный гарнитур, установленный здесь, по богатству отделки вряд ли уступят кухням стильной «Шатуры-мебель». Сильное впечатление производит и медико-психологический восстановительный комплекс для пожарных. Помещение комплекса, отделанное специальными породами дерева, прямо-таки располагает к отдыху: включил электронное оборудование и с потолка полился мягкий голубовато-зеленый свет и одновременно зазвучали шум морского прибоя и крики чаек».

В годы рыночных реформ работавший на станции Тракт мощный леспромхоз ликвидировали, с тех пор поселок влачит довольно жалкое существование. Если в 1953 году здесь проживало, как сегодня в Опарино, более 4200 человек, то сейчас статистика зафиксировала на станции Тракт менее 700 жителей. Вот и осталась позади еще одна «тихая» станция. Что-то нас ждет впереди?

Николай Шкаредный.

На снимках:

  • контуры Боровской зоны в Харьяге;
  • дом, в котором мы жили в Харьяге;
  • дорога из Чиньяворыка на Тиманский бокситовый рудник;
  • вокзал станции Чиньяворык – копия вокзала на станции Котлас-Узел;
  • музей народной архитектуры в украинском селе Ропча;
  • рисунок школы на станции Тракт 1949 года.