Нянда – Урдома

Так называется очередная, 18-я часть документального повествования Н. Н. Шкаредного.

Почти два часа простоял наш состав на входе на станцию Урдома. Когда поезд медленно  пополз навстречу перрону, мужик в погонах быстро проскочил в тамбур. Видимо, очень спешил или боялся новых вопросов надоедливых и не понимающих момента пассажиров. Когда вагон замер, Виталий Александрович Ильин сходил на станцию, чтобы выяснить причину задержки. Но на его вопрос так никто и не ответил. Кто-то объяснял, что у одного из вагонов встречного товарняка при выходе со станции срезало колесную пару. Пришлось отцеплять вагон. А это сделать было непросто, так как злополучный вагон находился почти в середине состава. Другие вспомнили, как в этом же 1953 году было крушение товарного поезда на деревянном  мосту через речку Нянда. Вот и закрыли семафор. Третьи уверяли, что это происшествие связано с арестом 26 июня Министра внутренних дел СССР, первого заместителя главы правительства, члена Президиума ЦК КПСС Лаврентия Павловича Берия.  И это тоже было правдоподобно, так как Урдома с 1930 года  превратилась в место заключения и ссылки. Но пока о Берии…

9 мая 1940 года Политбюро ЦК ВКП(б) приняло решение «О строительстве в кратчайшие сроки Северо-Печорской железнодорожной магистрали» Котлас – Воркута, протяженность которой составляла 1191 километр. Для этого предусматривалось задействовать 20 тысяч заключенных ГУЛАГа. 14 мая 1940 года нарком внутренних дел СССР Л.П.Берия подписал приказ №0192—1940 «О направлении рабочей силы из заключенных на строительство Северо-Печорской магистрали и Воркутстроя». Он приказал в целях «обеспечения строительства Северо-Печорской железной дороги и развития угледобычи на Воркута-Печорском угольном месторождении» направить в мае-июле 1940 года 135 тысяч заключенных и военнопленных. Приказом НКВД СССР от 17 мая 1940 года №0196 был создан сводный отряд конвойных войск для сопровождения военнопленных от станции Котлас в многочисленные отделения Севжелдорлага, расположенные вдоль строящейся железнодорожной магистрали.

План-схема спецпоселения Нянда в 1940-х годах

План-схема спецпоселения Нянда в 1940-х годах

Военнопленные, о которых шла речь в приказе Берии от 14 мая, — это 8 тысяч польских военнослужащих, задержанных в числе других 240 тысяч человек в сентябре – первых числах октября 1939 года в ходе «освободительного похода» Красной Армии в Западную Украину и Западную Белоруссию. В 1939—1940 году по этапу в бывший лагерь вверх от поселка Нянда по речке Нянда в Ленском районе Архангельской области пригнали поляков. Поскольку их пригнали колонной, то и новый лагерный поселок получил название Колонна.  В официальных бумагах он именовался как 55-й лагпункт Пятого отделения Севжелдорлага. А зимой 1940 года уже в самой Нянде появились польские спецпереселенцы. Ссыльные поляки были поделены на бригады и работали в основном на лесоповале, а весной на сплаве. Летом работали на заготовке сена и кирпичном заводе. После появления Указа Президиума Верховного Совета СССР «Об амнистии бывших польских граждан» от 12 августа 1941 года некоторым из них удалось уехать на родину. К нам в Харьягу тоже были этапированы военнопленные поляки.

памятный знак польским военнопленным;

Памятный знак польским военнопленным;

Хорошо помню одного из них, которого все у нас в Харьяге с большим уважением называли: пан Балицкий. Был он коренаст, средних лет, красив и статен. И на танцах в клубе, и на работе многим мог дать фору. Одевался аккуратно, красиво, но без особых изысков. Во всем чувствовалась офицерская выправка. Думаю, не одна русская женщина была бы не прочь составить ему пару. А взял да и сошелся с вдовой. Комендант, надо полагать, ради унижения, определил его на должность золотаря. Видимо, надеялся, что откажется, заартачится, и появится у коменданта основание для ареста пана Балицкого с определением в карцер. А тот принял это назначение, как должное. В его распоряжении были лошадь, бочка и черпак. Долгие годы пан Балицкий, вооруженный черпаком на длинной деревянной рукояти, на лошади, запряженной телегой с бочкой, содержал эти отхожие места в идеальном состоянии. Какая запись была в его трудовой книжке, я не знаю, но уважением он, повторяю, пользовался. Вот уж воистину не место красит человека, а человек место! Оказывается, о высокой культуре в поселении можно судить и по отношению к отхожим местам.

Поляк Збигнев Недзведский находился в Нянде (Урдома) на спецпоселении с материю, сестрой и няней (ему было тогда пять лет) с февраля 1940 года. В Польшу, как, впрочем, и многие другие спецпереселенцы, Недзведские вернулись в июне 1946 года. В те же годы в Нянде находились Юзэфа и Станислав Стыковски. Вацлав Флисиньский в 1940 году был доставлен в лагерь военнопленных Колонна – 55-й лагпункт Пятого отделения Севжелдорлага. Спустя годы, они по памяти восстановили план спецпоселения Нянда, который вы видите на публикуемом здесь рисунке.  Они же свидетельствовали, что первыми шли бригады из женщин и детей, которые намечали колышками просеку, где пройдет путь на Север. За ними шли бригады лесоповала и прорубали эту просеку. Место было болотистое, гнилое, топкое, поэтому сначала клали лежневку, засыпали грунтом, а по нему уже прокладывали железную дорогу. Первый железнодорожный путь проходил не там, где мы ехали в 1953 году. Немного за Колонной, к северу, был сделан крутой поворот, и на этом повороте сошел поезд с рельсов. Поэтому путь решили спрямить. Эти же заключенные начали строить будущий железнодорожный поселок Урдома.

камень - памятник ссыльным - раскулаченным переселенцам, первым строителям будущей Урдомы;

Камень — памятник ссыльным — раскулаченным переселенцам, первым строителям будущей Урдомы;

Все это Виталий Александрович выложил как на духу: без запинки, без бумажки. Память у него была отличная. Поскольку поезд не торопился покидать станцию Урдома, Ильин спросил проводницу: «Сколько еще стоять будем?». Она, кстати, вновь вернулась в своей прежний образ: «А вам не все равно. Сидите-то не на улице. Все-то им не ладно. Что за люди?» Виталий Александрович не стал вступать в дискуссию, махнул рукой: «Горбатого гроб исправит. Бог с ней. Лучше я вам про Урдомскую Воскресенскую церковь расскажу. Когда мы со льном-то с отцом приходили сюда на Вычегду, то в той церкви непременно бывали. Построена она в 1824 году и через пять лет освящена. Красивая, двухэтажная, с двумя приделами: в нижнем теплом – во имя Николая Чудотворца, а в верхнем холодном – в честь Воскресения Христова. Верхний  престол в одной связи с колокольней был построен позднее и освящен в 1850 году. Церковь действовала до 28 октября 1929 года и была закрыта, якобы из-за «отказа верующих». Я все это хорошо помню, потому что нас раскулачили и выслали с Виледи в Заполярье в 1931 году».

Воскресенская церковь с того момента стала использоваться как пересыльный пункт для спецпереселенцев. Только за один 1930 год через эту церковь прошло несколько тысяч человек. Отсюда людей под конвоем через болота направляли в сторону реки Нянды. Там, где колонна останавливалась, люди рыли землянки и строили лагеря – бараки за колючей проволокой. Поселок для крестьян-спецпереселенцев (так называемых «раскулаченных») организован в 1930 году на месте впадения речки Нянда в реку Лупья. Так началось воплощение в жизнь постановления Политбюро ЦК ВКП(б) от 30.01.1930 г. «О ликвидации кулачества как класса в районах сплошной коллективизации». За год были построены 27 бараков и комендатура. Первоначально потолок и крышу устраивали из подручных материалов – жердей и веток. Затем появилась лесопилка, столярная мастерская. В 1932 году в Нянде был организован неуставной колхоз «Труженик». К 1935 году в поселке появились школа и клуб.

Церковь Воскресения Христова в правобережной Урдоме - место пересылки спецпоселенцев

Церковь Воскресения Христова в правобережной Урдоме — место пересылки спецпоселенцев

В  1943 году на базе Вандышского механизированного лесопункта образован Верхнелупинский леспромхоз, который в годы войны выполнял специальные военные заказы. В 1955 году образован Удимский лесопункт. В этом же году началось строительство Урдомской узкоколейной железной дороги, которая «убежала» в тайгу на 70 километров. А какие красивые названия были присвоены лесным разъездам этой УЖД: Студенческий, Комсомольский, Олимпийский. Кстати, в публикации «Межег — Межог – Донаёль», как и в сопровождении этого материала, использованы снимки исследователя железных дорог Сергея Дмитриевича Болашенко, с которым «Опаринская сорока» познакомила своих читателей  20 и 30 июня 2015 года. Комбинат «Котласлес» даже рассматривал план продления дороги в Вилегодский район. Возможно, по тому самому тракту, по которому когда-то приходил Виталий Александрович Ильин с отцом с обозом льна на пристань на Вычегде. В 1959 году управление Верхнелупинского леспромхоза было переведено из поселка Вандыш в поселок Первомайский. Решением Архангельского облисполкома в августе 1963 года образован рабочий поселок Урдома на базе железнодорожной станции «Урдома», поселков Первомайский, Песчаный и Нянда. Так появилась новые страницы Урдомы. Но мы не имеем права вычеркивать из летописи того, что было.

диспетчерская УЖД Верхнелупинского леспромхоза

Диспетчерская УЖД Верхнелупинского леспромхоза

Сегодня церковь Воскресения Христова на берегу Вычегды в правобережной Урдоме стоит как памятник ГУЛАГу. Да это и исторический памятник. Писцовая книга Яранского уезда письма и дозору Василия Ларионова и подъячаго Андрея Горохова указывает, что поселение было здесь еще в 7116, то есть в 1608 году. Есть памятники и другой эпохи. В Нянде, которая вошла в состав Урдомы, сохранилась часть одного из бараков спецпереселенцев, который люди и сегодня используют по жилье. Его вы видите на снимке. В Урдоме (Нянде) 3 ноября 2010 года установлен Камень, который является памятником репрессированным в 1930—1940 годах. На нем надпись: «1930 г. Памяти спецпереселенцев — основателей Нянды, давшим начало развитию п. Урдомы. 2010 г.». Урдома находится в юго-восточной части Архангельской области в 30 километрах от границы с Республикой Коми, вместе впадения реки Нянды в реку Верхняя Лупья, которая является притоком Вычегды. В 1947 году здесь проложили второй железнодорожный путь. Сегодня это большая железнодорожная станция. Расстояние по автомобильной дороге от Урдомы до Сольвычегодска 117 километров, время в пути от Урдомы до Котласа по железной дороге составляет 2 час 20 минут. Для нас, пассажиров поезда 1953 года, это время растянулось на долгие и томительные часы ожидания…

Тепловозы ТУ-8 работали на вывозке леса на Урдомской УЖД

Тепловозы ТУ-8 работали на вывозке леса на Урдомской УЖД

В Нянде все происходило так же, как в нашей Харьяге, которую раскулаченные спецпереселенцы начали обживать с устройства землянок. Потом строили бараки общего пользования, а когда появилась возможность проявить в полной мере свой плотницкий талант, стали поднимать на крутом берегу Шара первые рубленные дома, в каждой квартире которых жило по две-три семьи. Долгие годы в одной из комнат нашей двухкомнатной квартиры жила семья Дуркиных. После их отъезда в Усть-Цильму — семья немцев Визе. Так что в квартире всегда было шумно от детских голосов и проживание было таким же плотным, как в нашем вагоне 1953 года.

Часть барака, построенного ссыльными в 1930 году, переоборудованная по жилой дом

Часть барака, построенного ссыльными в 1930 году, переоборудованная по жилой дом

Если бы не Виталий Александрович, наверно, время простоя на станции «Уродома» тянулось бы бесконечно. Ильин был человеком энергичным, человеком действия, потому не  утерпел и снова отправился на вокзал, чтобы выяснить дальнейшую судьбу продвижения нашего пассажирского поезда. Отсутствовал он недолго, пришел в расстроенных чувствах: «Никто не может дать никакой ясности: чего стоим, чего ждем, когда поедем? В билетной кассе один ответ: «Вы выбились из графика, теперь состав пойдет, когда освободиться окно». А когда оно освободиться, если нас то и дело товарные поезда с углем и лесом обгоняют?»

водонапорная башня - один из первых объектов станции Урдома

Водонапорная башня — один из первых объектов станции Урдома

Нам, ребятишкам, очень хотелось выбежать на перрон, но мамы строго запретили это делать, так как поезд мог дать ход в любую минуту. Так и осталась бы для меня Урдома неоткрытой, если бы через тринадцать лет, как заведующему отделом лесной промышленности Котласской газеты «Двинская правда», мне не довелось провести здесь три дня. К тому времени старый вокзал «приказал долго жить», его закрыли, а новый был пока в проекте. Вместо вокзала в сторонке поставили на рельсы две теплушки, в которых когда-то перевозили спецпереселенцев, заключенных и военнопленных. Кто-то устроил в них из не строганных досок боковые лавки, укрепив на чурках. Вот и весь интерьер. Пригородка Котлас-Урдома пришла в поселок поздно вечером. Будить кого-то мне показалось неудобным, и я решил: прокантуюсь до утра на вокзале. Тем более, что народа было немного и на лавках, чтобы на минутку прилечь, всем хватило места. Да где там, как только сбежались глаза, в беспощадную атаку пошли комары. Мои попутчики один за другим выбежали из теплушки, спасаясь от этого лесного и болотистого зверья. Не вытерпел и я. Так до утра мы проходили вдоль перрона и многое успели обсудить и разглядеть. За это время я успел узнать много интересного.  А привела меня сюда командировка, которую я взял по рекомендации генерального директора комбината «Котласлес» Анкиндина Павловича Копалина, чтобы   рассказать на  страницах газеты об опыте работы Верхнелупинского леспромхоза.  Но об этом в следующей зарисовке.

Николай Шкаредный.

На снимках:

  • памятный знак польским военнопленным;
  • камень — памятник ссыльным — раскулаченным переселенцам, первым строителям будущей Урдомы;
  • церковь Воскресения Христова в правобережной Урдоме — место пересылки спецпоселенцев;
  • часть барака, построенного ссыльными в 1930 году, переоборудованная по жилой дом;
  • водонапорная башня — один из первых объектов станции Урдома;
  • тепловозы ТУ-8 работали на вывозке леса на Урдомской УЖД;
  • диспетчерская УЖД Верхнелупинского леспромхоза;
  • план-схема спецпоселения Нянда в 1940-х годах.