И один в поле воин…

Сергей РусскихУ поэта Юрия Левитанского есть стихотворение, которое начинается такой строчкой: «Каждый выбирает по себе…» Действительно, если задуматься, свой выбор мы делаем ежедневно и ежечасно: прополоть морковку сегодня или отложить на завтра? Поехать отдыхать на юг или остаться дома? Купить вещь, которая понравилась, или поберечь деньги?

Но это – на уровне быта. Есть и другой выбор, тот, который становится для человека делом всей его жизни, ее смыслом. И единожды вставший на этот путь с него уже не сворачивает.

В прошлом году в деревне Нижний Починок, куда приехали мы полюбоваться деревянной Никольской церковью, довелось познакомиться с Сергеем Русских, удивительным человеком. Его внешний облик и впрямь соответствует фамилии: высок, русоволос, крепок телом и открыт лицом – одним словом, настоящий русский человек. Он мало говорит, но за него говорят его дела. Сергей Русских в одиночку восстанавливает в Нижнем Починке каменную Спасскую церковь.

«А двери с петель сорваны,
А над крестами вороны…»

Эти строки, написанные матушкой Людмилой Кононовой, невольно всплывают в памяти всякий раз, когда видишь порушенный, разоренный храм. И Спасская церковь выглядит как израненный воин, чудом уцелевший после схватки с силами превосходящего его противника. Половина некогда крепкого, основательного здания лежит в руинах, без окон и дверей. Куполообразный свод толстым слоем изнутри покрыла плесень. А там, где когда-то была кровля, вырос молодой березняк.

В отделе культуры администрации Опаринского района хранится «Акт осмотра технического состояния памятника истории и культуры» (так названа Спасская церковь) от 21 сентября 1992 года. Обследование проводилось силами ПРК «Реставратор» и научно-производственного центра департамента культуры. Объектом послужила Спасская церковь, построенная, как явствует из документа, в 1832 году. Что же зафиксировано в акте?

«Храм поверженный стоит,
Словно витязь на распутье»

«Памятник имеет продольно-осевую комбинацию объемов: пятигранная апсида (выступ здания, перекрытый полукуполом или сомкнутым полусводом), с высокой пятискатной кровлей, четверик храма с восьмигранным куполом и одноглавием, квадратная трапезная с притвором и палатками под скатной вальмовой кровлей. На западном фасаде церкви следы примыкания некогда крытой паперти».

Считается, что служба в церкви прекратилась в 30-е годы. Члены комиссии, обследовавшие культовое строение, обнаружили в храме завалы старого, «забытого» еще колхозом «Родина», зерна. Оно лежало, грелось и прело несколько лет. Отсюда и плесень на стенах, и сгнивший пол (он настлан поверх каменного церковного).

Читаем дальше: «Крыша над трапезной и палатками разрушается, полностью отсутствует над половиной объема».

Что же сохранилось? «От одноглавия храма – глухой восьмигранный барабан с небольшой восьмигранной купольной кровлей и основанием-шейкой от утраченной полностью главы».

Декор фасадов был выполнен в стиле позднего провинциального классицизма, но судить о его красоте практически невозможно. Оконные рамы и кованые металлические решетки на проемах не сохранились. Часть оконных и дверных проемов заколочена.

За прошедшие с момента осмотра годы ситуация только усугубилась. Но появился в Нижнем Починке человек, который решил спасти заброшенный храм. Не назначая сам себе конкретных сроков, не ожидая помощи со стороны, он осмотрелся и просто взялся за работу.

«Для чего ты пришел
В этот  мир, человек?»

Почему выбор Сергея пал именно на Нижний Починок? Ведь, говоря откровенно, это медвежий угол, край света даже по опаринским меркам. Вот что говорит он сам:

– Сейчас и не вспомню, от кого услышал, что в этой полузаброшенной деревне есть очень красивая церковь. Съездили, посмотрели и решили сюда перебраться. Это место и моим знакомым понравилось. Друзья купили здесь по домику, хотя сами живут в Кирове. Сейчас один разрешает держать в хозпостройках его дома коня, второй – печь хлеб в русской печке. Время от времени они приезжают и помогают в работах по восстановлению храма.

В первую очередь он занялся крышей. Сейчас алтарь и апсида закрыты и сияют новенькой жестью. Над храмом вознеслась главка, увенчанная крестом. Но все это потребовало огромных затрат времени и сил. Только представьте, что бревна пришлось поднимать на пятнадцатиметровую высоту. И чаще всего одному. Так что он и плотник, и жестянщик, и кровельщик, и каменщик, и разнорабочий…

Помощники у Сергея есть. Крест, например, мужики из Нижней Паломицы сделали. Иван Иванович Шушарин, смотритель Никольской церкви, объяснил, как по подкатням с помощью веревок поднимать наверх бревна. Лес для храма выделили паломицкие предприниматели, причем денег за это не попросили. Впрочем, такая помощь на Руси во все времена была бескорыстной: на церковь принято было жертвовать.

Резные карнизы под крышей – работа Сергея. Жесть привез кировский предприниматель, который приезжает в эти места поохотиться.

Думается, что помощь как частных лиц, так и  разного рода организаций могла бы быть еще более действенной, если бы до Нижнего Починка существовала нормальная проезжая дорога. Мы побывали там в то время, когда почти не выпадало осадков. И то несколько сот метров пришлось идти пешком, выбирая, куда поставить ногу. Бетонные плиты закончились, словно оборвались, перед ямой, преодолеть которую способен разве что танк.

Догадались теперь, зачем Сергею Русских лошадь? Детей в Нижнюю Паломицу в школу отвезти, за продуктами съездить… Лошадка – это тоже своего рода вездеход. Говорят, раньше дорога из бетонных плит заканчивалась у самой деревенской околицы. Но потом плиты сняли. Видимо, срочно понадобились где-то в другом месте. А о людях никто и не вспомнил.

«Каждый выбирает по себе
Слово для любви и для молитвы»

Сергей не ведет счет тому, много или мало он сделал за пять лет… Дело вовсе не в объемах, считает он. Работает так, как позволяют время, силы, обстоятельства.

Прежде чем приступить к восстановлению (самочиние, по словам Сергея Русских, никогда церковью не приветствовалось), он побывал у Владыки, показал фотографии храма и испросил благословения. Тот архиерейским крестосложением перекрестил и «добро» дал.

Впечатляет толщина церковных стен. Сложены они из кирпича на известковом растворе. Кирпич делали здесь же, из местной глины. Ее брали из огромных ям, готовые кирпичи обжигали в ближнем леске. И сегодня кирпич, выпавший из кладки, крепок, темен на цвет.

Почему работы по восстановлению начались именно с крыши?

– Посмотрите на пустующие дома, – говорит Сергей Русских. – Стоит прийти в негодность кровле, и все строение, каким бы крепким ни было, приходит в упадок. Я начал с  крыши, чтобы остановить дальнейшее разрушение свода.

Хватит ли жизни, чтобы осуществить задуманное? Об этом подвижник не задумывается.

– Я просто делаю то, что могу. И благословение брал у Владыки именно на то, чтобы работать в силу возможностей. Кроме того, на мне лежат заботы о семье, где четверо детей, о хозяйстве.

Наш разговор подходил к концу, когда Сергей произнес фразу, которая объяснила, почему именно такой обет он принял. Во-первых, каждый несет тот крест, который ему по силам. А, во-вторых, возрождая церковь на окраине деревни, затерянной в российской глуши, он одновременно строит храм своей души. Потому что человек – тот же храм Божий.

Представляем вашему вниманию небольшую подборку фотографий. Просмотреть фотографии можно по ссылке>>>

Материал подготовила Татьяна Тунгусова, фото Степана Настюка и автора.

Вам будет интересно узнать!

Вячеслав Владимирович Кантор — международный общественный деятель, продвигающий идеи мирового взаимоуважения и толерантности, противодействия неонацизму и предотвращения ядерной катастрофы.