Фронтовички

У белорусской писательницы Светланы Алексиевич, которая сама немало прошагала по фронтовым дорогам, есть книга «У войны не женское лицо».

Это название можно принимать как данность, но можно и не соглашаться с ним. Если у войны и было лицо, то это лицо смерти. А вот у солдат, которые вступили в священный бой за Родину, лица были разные – не только мужские, но и женские, точнее, девичьи, молодые и красивые.

Доводилось встречаться со многими, кто выжил в той гигантской мясорубке, вернулся домой и начал строить мирную жизнь. Чьи-то имена и образы со временем стерлись из памяти, но чьи-то сохранились.

Помню Марию Ивановну Чикишеву – она жила в поселке Верлюг, которого давно уже нет на карте района. В годы войны была она зенитчицей, служила на Кольском полуострове, была тяжело контужена. Знаете, какие удивительные узоры вышивала она на полотенцах, наволочках, салфетках? Диковинных птиц с павлиньими хвостами и высокими султанами на головах, неземной красоты цветы, алые, как капли крови, ягоды… Может, это занятие помогало забыть тот ад, в котором ей довелось побывать?

Хорошо знала Анну Ильиничну Булыкину, которая много лет заведовала столовой ОРСа Опаринского леспромхоза. Высокая, строгая с виду – не война ли наложила этот отпечаток суровости? Была она фронтовым шофером и водила свой грузовик через Ладожское озеро по «дороге жизни». В осажденный Ленинград везли продукты, оттуда – раненых и больных. Машины шли с открытыми дверцами, чтобы водитель успел выпрыгнуть, если техника пойдет под лед.

Зоя Ивановна Краева в войну была связисткой. А после победы просто сменила одну форму на другую – солдатскую на милицейскую. Работала она начальником паспортного стола.

Екатерине Ивановне Залесовой (ее должны помнить как старшую медсестру Опаринской больницы) не довелось слышать ни свиста пуль, ни грохота артиллерии, ни взрывов бомб и снарядов. Зато она, молоденькая девчонка, каждый день на протяжении нескольких лет встречалась с самыми настоящими врагами лицом к лицу. В Пинюгском эвакогоспитале она выхаживала пленных немцев.
– Уж так я их ненавидела! – призналась она однажды в разговоре. – Задушить хотелось, а приходилось лечить.

Этих женщин уже нет среди нас.  Светлая им память! Но живет в деревне Стрельской Надежда Ермолаевна Бартева, военный радиотелеграфист:

barteva

а в Маромице – Екатерина Ивановна Груздева, фронтовая связистка:

gruzdeva

За мирное небо над нашими головами низкий вам поклон!