Дорога к храму

Кто-то в Бога верит, кто-то нет. Это личное дело каждого. Но есть категория людей, для которых служение Богу становится делом всей жизни. Это священнослужители. У каждого из них – своя дорога к храму. О том, какой была она для настоятеля прихода Александра Невского протоиерея Виктора Конева – наша с ним беседа.

Протоиерей Виктор Конев

Отец Виктор, быть священником – работа, как и всякая другая, призвание или предназначение?

По моему мнению, это призвание.

И когда Вы поняли, что хотели бы посвятить себя Богу?

Лет в 16. До этого я не имел никакого понятия о вере, о Боге, о духовной жизни. В 15 родители меня крестили, я прошел исповедь и причастие, на этом первое знакомство с церковью закончилось. Я поступил в музыкальное училище по классу баяна.

Семья наша жила тогда в южном Казахстане. Родители были людьми образованными, в церковь не ходили. Да и не было ее в том населенном пункте.

Когда открылся молельный дом и приехал священник, отец познакомился с ним. Тот пригласил его петь в церковном хоре.

Постепенно родители приобщились к вере. Когда я в очередной раз приехал на каникулы, то был сильно удивлен, что они молятся, ходят в церковь. Тогда я впервые задумался: если мой отец пришел к Богу, значит, это серьезно.

Он приносил домой духовные книги. Я стал их читать, они меня увлекли. Пил как воду после долгой мучительной жажды.

У местного батюшки был сын, мой ровесник. Мы подружились. Это стало еще одним толчком к активной духовной жизни. И в один прекрасный день я понял, что хочу стать священником. Но тогда я не представлял, когда это произойдет и что это значит. Но чувствовал, что церковь, иконы, богослужения – наше, истинно русское, близкое, родное. Конечно, это была чисто внешняя сторона, в суть религии я пока не вникал.

Через год батюшка предложил отцу стать дьяконом. Он подумал и согласился. Я поехал с ним в областной центр на посвящение в сан. Это произвело на меня сильное впечатление.

Сын местного священника уговаривал меня вместе с ним поступать в Московскую духовную семинарию. Сначала я отказывался, но когда его отец меня благословил, согласился. Мысли, что поступлю, не было – конкурс сумасшедший (тогда это было единственное на СССР учебное заведение подобного рода и ехали туда изо всех союзных республик). Решил просто посмотреть, что и как. Но неожиданно для себя поступил. И через четыре года вышел из семинарии священником. С музыкальным училищем я расстался без сожаления.

Человек, который посвящает себя служению Богу, должен обладать какими-то особыми качествами?

В идеале – безграничным терпением, чуткостью, любовью к людям. Как говорил апостол Павел, людей нужно не просто любить, а любить с нежностью. Батюшка должен полностью забыть о себе, в том числе и о материальном благополучии. Он должен любить молиться и сам неукоснительно исполнять то, чему учит людей.

Ваш должность предполагает ли отказ от чего-то, что доступно обычным людям?

Отказываться приходится почти что от всего. Мы отрекаемся от материальных благ, нам нельзя ходить в цирк, в театр, на развлекательные мероприятия, свадьбы.

Это сложно?

Иногда – да. Ведь от обычного внешнего вида мы тоже отказываемся. Я понимал, что нужно будет отрастить бороду, и это навсегда, ряса – это тоже навсегда. В меня могут ткнуть пальцем, обсмеять, освистать. Но помогает вера. Без нее преодолеть все это невозможно.

У Вас семья, трое детей. Как Вы их воспитываете?

Это больной вопрос. Мы с матушкой знаем Закон Божий и хотим, чтобы дети наши его понимали. Но в школе учат одному, мы – другому. Поэтому имеет место некоторое противостояние церкви и мирской жизни. Тяжело и нам, и детям. У них свои понятия, свои взгляды. Мы воспитываем их в вере и благочестии. Но выбор жизненного пути останется за ними. Кем они захотят быть – теми и станут. Главное, чтобы оставались верующими.

Сейчас много говорится о возрождении духовности и нравственности. Какова роль церкви в этом?

После того, как 70 лет в людях истребляли духовность, обратный процесс идет очень сложно, маленькими шажками. В один миг всех обратить к Богу невозможно. Многое зависит от власти, которая должна понимать усилия церкви, сочувствовать. Хорошая идея – создание церквей в колониях, воинских частях, при больницах. Это многим помогает встать на путь истинный. Основы православия нужно вводить и в школьный курс.

Что Вы можете сказать об опаринском приходе?

В Опарино я почти десять лет. За это время кое-что изменилось. И в первую очередь – отношение ко мне. Раньше людей раздражала моя одежда – в рясе невозможно было выйти из дома, дети и взрослые показывали на меня пальцами. Ощущение было, как будто я попал в хрущевские времена. Пришлось пережить даже конкретные угрозы, когда обещали перестрелять всю семью.

Но постепенно отношение менялось, я сумел расположить людей к себе. Прихожан в церкви год от года становилось больше, теперь и молодежь приходит за благословением. Провожу беседы в школе, выступаю в местной газете. Но проблемы остаются.

И каковы основные, на Ваш взгляд?

Больше всего меня волнуют опаринские дети. Мне хочется с ними заниматься, они и сами спрашивают: «Батюшка, почему Вы к нам не ходите?» Но учителя в этом плане пассивны, инициативы с их стороны нет.

Еще одна наивысшая беды – пьянство. В основном к нам приходят женщины. И почти ни одна не может сказать, что в семье у нее все хорошо. У большинства – скорби о том, что пьянствуют мужья.

Мы пытаемся им помочь, но несколько веков назад и не нами сказано, что легче неверующего обратить к Богу, чем пьяницу.

Как Вы относитесь к строительству часовен и восстановлению церквей в нашем районе? Ведь в них не будет священников.

Я полностью охватываю весь район. Значит, в Зарю, Шадрино, Северный, Шабуры буду ездить. Будет храм – у людей живущих в этих населенных пунктах, появится какая-то отдушина.

Что хотели бы Вы пожелать перед Пасхой не только прихожанам, но и всем жителям района?

Хочется, чтобы все пришли в храм. Пусть не боятся, что здесь мало места – в прошлом году на службе присутствовало 200 человек.
Верующим пожелаю, чтобы они в пасхальную ночь не боялись, что сон будет их одолевать. Желаю им бодрости, и чтобы их коснулась благодать Божия, чтобы в сердцах они ощутили духовную сладость и еще ревностнее возлюбили Бога. Как Господь был верен нам до смерти, так бы и они были верны Богу до смерти.

А неверующим желаю, чтобы Господь воскресил их души. Ведь если человек живет без веры, его душа мертва.

Вопросы задавала Татьяна Тунгусова.