Человек-невидимка

Каждый день, проходя по улице Первомайской поселка Опарино мимо магазина «Савва», обращаю внимание на мужчину, который стоит на крыльце, подпирая стену. Он оброс бородой, не очень опрятно одет, смотрит в пространство, ни с кем не заговаривает, ни у кого ничего не просит. Летом он стоял на противоположной стороне, привалившись к трибуне. Он настолько примелькался прохожим, что они не обращают на него внимания, как будто он – пустое место, человек-невидимка. Кто он и почему стоит здесь изо дня в день?

Оказалось, это Владимир Говоров пятидесяти лет от роду. Вот какой разговор произошел между нами.

«Почему Вы здесь стоите целыми днями?»

«Кушать хочется».

«У Вас что-то случилось?»

«Года четыре назад, если не пять, сгорела квартира, где я жил. В поселковом прекрасно знают, что жилья у меня нету. Живу в кочегарке в МДО. Топлю – пока не гонят».

«Говорят, даже в туалете жили?»

«Был такой момент».

«Какая была квартира?»

«Четвертушка».

«Слышала, что пожар случился по Вашей вине?»

«Приютил одну мадам, попросил пожить у меня, пока на рыбалку ездил. Немного запили, если честно. Приехал с речки, еще вина взяли, выпили. Смотрю – она с другим обнимается. Я ей хорошенько навешал и спать ушел. Сосед слышал, как она пообещала за это сжечь. Я спал, меня вытащили без сознания, очнулся в больнице, как попал туда, не помню».

«Вы раньше где-то работали?»

«Когда здоров был, работал на УЖД. Но потом меня придавило тепловозом. Дали группу, а потом сняли – не лег вовремя в больницу».

«Почему?»

«Маме сделали операцию, за ней нужно было ухаживать».

«Значит, пенсию по инвалидности не получаете?»

«Нет».

«Люди хоть что-то подают?»

«Бывает. Иногда в церкви по выходным дрова, воду ношу – батюшка помогает, но не каждый день».

«Сейчас не пьете?»

"Нет. Здоровья нет, нога болит».

«В баню, конечно, не ходите?»

«В кочегарке можно помыться».

«За помощью куда-нибудь обращались?»

«Ходил в «белый дом» насчет квартиры, говорят, ничего нет. Центр помощи семье и детям помог сгоревшие документы восстановить. Люди одежду кой-какую дают».

«Но вы же сравнительно молодой, дальше-то что?»

«Не знаю».

Подошла женщина, поохала-поахала, включилась в разговор:

«Я иногда даю ему немного денег, но с пенсии не надаешься. Жалко, человек все же. Обстоятельства у всех разные, в такой ситуации не дай Бог никому оказаться».

Есть у Владимира прописка в несуществующем доме по улице Волкова. И больше ничего.

Давайте сейчас не будем о том, что каждый сам хозяин своей судьбы и живет той жизнью, какую он заслуживает. Человек фактически, пусть и по своей вине, стал бомжом. Это что, пожизненно? У нас есть программа, и на нее выделяются средства, для возвращения к нормальной жизни лиц, вернувшихся из мест лишения свободы, будь они трижды убийцы и воры. Значит, они обществу нужны. А такие, как Владимир – нет. Иначе, почему же общество его в упор не видит?

Татьяна Тунгусова, фото автора.